Конвойное помещение в судах
Garant-agency.ru

Юридический портал

Конвойное помещение в судах

Конвойные помещения судов. Как вести себя в «конвойках»?

Попадая в следственный изолятор, человек, как правило, еще не знает, что он может оказаться там надолго – вплоть до нескольких лет. Сроки следствия часто затягиваются, суды могут длиться и несколько месяцев, и несколько лет. Все это время арестант ездит в суды. Поводы для этого бывают разные: продления меры пресечения, которые могут проходить много раз; сами судебные заседания, которых бывают десятки за время одного судебного процесса, судебные заседания по жалобам на действия либо бездействие следователя и т.д.

Оказываясь в суде, арестант часто проводит большую часть времени не в зале судебных заседаний, а в конвойных помещениях судов, где он сначала ожидает судебного заседания (иногда по несколько часов), а потом ждет отправки в СИЗО (часто тоже по несколько часов).

Проводя так много времени в конвойных помещениях судов (или в «конвойках», как их по-простому называют заключенные), важно знать, что они из себя представляют, какие акты регулируют нахождение человека в конвойном помещении и как там себя вести.

Пребывание в конвойном помещении суда – часть большого процесса конвоирования заключенных из СИЗО в суды и обратно. Начинается этот процесс в самом СИЗО, когда арестантов вызывают в суд, а затем собирают в сборных помещениях СИЗО («сборки») для отправки в суды. Затем сотрудники СИЗО передают заключенных сотрудникам конвойного полка МВД, который и осуществляет все функции конвоирования. При этом обычно происходит обыск заключенных и сверка их личных данных (Ф.И.О, статья и т.д.) с данными в документах сотрудников СИЗО и конвойного полка.

При передаче арестанта от сотрудников СИЗО конвою, человек фактически переходит из системы ФСИН в систему МВД — под контроль полиции, с чем бывают связаны определенные эксцессы, о чем мы расскажем ниже.

Конвойный полк МВД является подразделением полиции, и его деятельность регулируется Федеральным законом «О полиции» от 07.02.2011 N 3-ФЗ:и «Наставлениями по служебной деятельности изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, подразделений охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых” (утверждены приказом МВД № 140 от 7 марта 2006 года). Последний документ имеет гриф «Для служебного пользования», поэтому, к сожалению, сокрыт от глаз простых смертных.

Сотрудники конвойного полка (или просто конвой) рассаживают заключенных по автозакам и развозят по судам. Автозак — это специализированно-оборудованный для конвоирования заключенных автомобиль, в котором их везут в суды и обратно. Как правило, он состоит из двух секций с заключенными и тамбуром, в котором сидят конвойные, отделенным от этих секций решетчатой дверью. Также имеются одноместные боксы, в которых возят тех заключенных, кого нужно изолировать от остальной массы (особо опасные, свидетели по каким-то уголовным делам, те, в отношении которых принято решение о применении мер безопасности).

Если вы попали в СИЗО и вас ожидает суд, то придется немало времени провести в таких автозаках, катаясь в суды и обратно. Транспортировку заключенных нельзя назвать комфортабельной. Автозаки обычно переполнены, сидеть в них неудобно (секции для заключенных снабжены двумя узкими лавочками, на которых приходится сидеть), летом они нагреваются, создавая внутри невыносимую жару, а зимой сильно охлаждаются, превращаясь в холодильники, набитые живыми людьми. Транспортировка может длиться очень долго, особенно если ваш суд – последний в маршруте на сегодня. Тогда вам придется ждать, пока конвой развезет остальных арестантов по разным судам.

Привезя заключенных в суд, их обыскивают и разводят по камерам (боксам) конвойного помещения суда. Правовое положение самих арестантов в этот момент регулируется ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», а также довольно странным, на первый взгляд, нормативно-правовым актом – Свод Правил (СП) 152.13330.2012 Здания судов общей юрисдикции. Правила проектирования:. Указанный свод правил рассказывает о том, как должны проектироваться и строиться здания судов. Пункт 8 Правил называется «Помещения для лиц, содержащихся под стражей, и конвоя» и полностью посвящен внутреннему устройству конвоек.

Отсюда мы узнаем, например, что «группа помещений для лиц, содержащихся под стражей, и конвоя включает: бокс для въезда спецавтомобилей, перевозящих лиц, содержащихся под стражей; помещения для лиц, содержащихся под стражей; помещения для конвоя; лестницы и коридоры для конвоирования лиц, содержащихся под стражей». Или что «помещения для лиц, содержащихся под стражей, включают: камеры для лиц, содержащихся под стражей; помещение для проведения досмотра и хранения личных вещей; помещение для общения с адвокатом и ознакомления с делом; уборные (туалеты)». Мы также узнаем, что «площадь, приходящаяся на одно место в камере, должна составлять не менее 4 кв. м», «каждая камера оборудуется электрическим освещением, приточно-вытяжной вентиляцией, отоплением, специальными металлическими дверями, скамьями, раскладным столом для принятия пищи», или что «стены камер штукатурятся гладко, под покраску, окрашиваются в серый цвет пожаробезопасной краской».

В действительности эти правила, конечно, не соблюдаются. Вернее, соблюдаются не во всем. Конвойки действительно разбиты на помещение для обысков, камеры для заключенных и комнату для конвоя. А вот комната для общения с адвокатом и изучения материалов уголовного дела обычно отсутствует.

Подследственных и подсудимых знакомят с материалами дела (если ознакомление происходит в суде) в зале судебных заседаний. При этом их держат в клетке или в так называемом «аквариуме» (стеклянном помещении для подсудимых), а материалы можно смотреть через решетку или специальное окно в «аквариуме».

Так же происходит и общение с адвокатом. При этом никакой конфиденциальности обычно нет, поскольку рядом находятся конвойные. Не пускают адвокатов и в сами конвойные помещения, что, конечно, ограничивает право на защиту.

В конвойные помещения не пускают и представителей общественных наблюдательных комиссий. По сути, в конвойные помещения допускается только конвой, конвоируемые и работники суда. Такой закрытый режим конвоек создают атмосферу вседозволенности внутри этих помещений для сотрудников конвоя, поскольку никто их не может контролировать на месте, при непосредственном исполнении своих обязанностей.

В конвойных помещениях судов часто нарушаются права арестантов. Нарушения бывают самыми разными:

  • Незаконно и жестко проводится обыск конвоируемых, в том числе полный обыск, подразумевающий раздевание арестанта догола, который может проводиться строго в случаях определенных ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и в порядке, определенном указанным законом. Тем не менее, конвойные часто злоупотребляют своими полномочиями, заставляя заключенных полностью раздеваться без всяких на то оснований.
  • Заключенных помещают в камеры (боксы), не соответствующие стандартам, установленным указанным Сводом Правил. Очень часто такие камеры не соответствуют установленным размерам, не имеют нормальной вентиляции, отопления или освещения. На стенах камер часто бывает так называемая «шуба» — неудобное и неприятное на ощупь шершавое покрытие — вместо гладкого покрытия. В большинстве случаев отсутствует и вышеуказанный раскладной столик для приема пищи – арестанты едят и пьют сидя прямо на лавочках. В камерах обычно отсутствуют туалеты, что вынуждает заключенных постоянно просить вывести их в туалет и ставит их в унизительное и зависимое положение от конвойных. Очень часто содержание в таких камерах может быть приравнено к пыточным условиям содержания. Ярким примером тому могут служить конвойные помещения Московского городского суда, где люди часами (и часто по двое) содержатся в маленьких боксах размером 2 на 2 метра с узкой скамеечкой и пятачком перед дверью. Для двоих людей, помещенных в такой бокс, пребывание там превращается в настоящую пытку.
  • Конвой часто применяет насилие в отношении арестантов. Поводы для этого бывают самые разные. Иногда арестанты сами провоцируют конвой, грубят ему и отказываются выполнять законные требования конвоиров. Но такое бывает редко. Чаще встречается просто желание использовать силу и спецсредства, которые есть в распоряжении конвоя, которое возникает от чувства вседозволенности и ощущения власти конвойных над своими подопечными. В этом случае конвойные могут сами откровенно провоцировать арестантов, грубить им, нарушать их права, выдвигать заведомо незаконные требования. Когда арестанты возражают или пытаются сопротивляться, их начинают бить, использовать против них дубинки и электрошокеры. Порой имеют место и откровенные пытки, когда людей сажают на растяжки, держат их часами прикованными наручниками к стене или используют другие формы издевательств. Насилие со стороны конвоя не раз становилось предметом жалоб в правоохранительные органы и публикаций в прессе.

Тюремный консультант разработал ряд рекомендаций, которые позволят вам (или вашим близким) пройти конвойные помещения без особых эксцессов, относительно комфортно и безопасно.

  • Ведите себя спокойно и с достоинством, не поддавайтесь на провокации конвойных.
  • Не провоцируйте конвой, не вступайте с ним в ненужные конфликты, не проявляйте агрессии.
  • Не проносите с собой запрещенные предметы. Это может стать поводом для серьезного конфликта с конвоем, и вы окажетесь неправы.
  • Соблюдайте законные требования конвоя.
  • Отстаивайте свои права твердо и последовательно, но всегда в вежливой форме и на основании закона.
  • Ссылайтесь на законы и иные нормативно-правовые акты, когда выдвигаете конвою какие-то требования или пытаетесь добиться реализации своих прав.
  • Если Вам отказали в удовлетворении вашего устного требования, старайтесь в следующий раз оформлять свои требования письменно и направлять их в адрес руководства конвойного полка МВД и в суд, в котором проходят заседания.
  • В случае применения к вам насилия, обязательно фиксируйте все повреждения в медчасти СИЗО сразу по приезду из суда. Вы можете потребовать отвести вас в медчасть, зафиксировать там все повреждения и рассказать врачу о своем плохом самочувствии.
  • Обжалуйте незаконные действия сотрудников конвоя, в том числе сообщайте о совершенных ими преступлениях (например, об избиения) в установленном законом порядке.

Следуя указанным рекомендациям, вы сможете избежать неприятных конфликтных ситуаций в конвойных помещениях судов

Конвойное помещение в судах

В производстве ГСУ СК России по г. Москве находится уголовное дело в отношении Чернякова Андрея Геннадьевича, 1976 г.р., зарегистрированного по адресу Московская область, Раменский р-н, дер. Спас- Михнево, д. 1 кв. 1, в 2003-2008 годах – депутата МС ВМО Кузьминки.

В производстве ГСУ СК России по г. Москве находится уголовное дело в отношении Чернякова Андрея Геннадьевича, 1976 г.р., зарегистрированного по адресу Московская область, Раменский р-н, дер. Спас- Михнево, д. 1 кв. 1, в 2003-2008 годах – депутата МС ВМО Кузьминки.

Есть основания полагать, что данное дело носит политически мотивированный характер, а Черняков А.Г. был привлечен к уголовной ответственности в связи с тем, что совместно с главным редактором «Судьба Кузьминок» Айгуль Махмутовой вступил в борьбу с коррупцией на территории ЮВАО.

Чернякову А.Г. вменяется то, что 24 февраля 2008 года он совершил вымогательство денег в сумме от 500 до 800 рублей у гр. Ахметзяновой Б.А., которая работает продавцом палатки на рынке в Кузьминках. Ранее данные действия были квалифицированы, как … хулиганство, однако после того, как А. Махмутова в интересах Чернякова А.Г. была на личном приеме у первого заместителя СК РФ Пискарева, действия Чернякова были переквалифицированы на вымогательство с применением насилия.&nbsp

Читать еще:  Могу ли я вернуть данный телефон и последствия?

Одновременно Черняков является потерпевшим по делу о мошенничестве на сумму 7, 5 млн. евро, обвиняемыми по которой являются депутат Гос Думы Ширшов К.В., 2 помощника депутатов Гос Думы РФ и гр. Гуржий В.Н.. По делу фигурирует неустановленный сотрудник ГСУ по г. Москве СК России, который участвовал в преступной схеме. В телефонных переговорах с обвиняемым Гуржий В.Н. фигурирует лицо по фамилии Ваганов

Следует отметить, что именно так зовут следователя ГСУ СК РФ, который ведет дело в отношении Чернякова и настоял на его взятии под стражу.

19 ноября 2012 года член Общественной наблюдательной комиссии (ОНК) г. Москвы и ОС при ГУ МВД России по г. Москве А.А.Куликовский совместно с ответственным секретарём ОНК г. Москвы Е.А.Гордеевой осуществили проверку условий содержания подозреваемых и обвиняемых в конвойном помещении Тверского районного суда г. Москвы. Проверяющих сопровождал администратор суда Иван Сергеевич Никиточкин. Содержащийся под стражей Черняков А.Г., прибывший в Тверской районный суд для ознакомления с материалами уголовного дела (в качестве потерпевшего), обратился с жалобой на духоту в камере №4 и невозможность ознакомления, так как «в течение нескольких дней подряд сотрудники конвойной службы сковывают обе его руки наручниками, после чего пристёгивают наручники к столу, находящемуся в конвойном помещении рядом с камерой №4». Сотрудники конвойной службы пояснили, что они приковывали наручниками левую руку подозреваемого к столу рядом с камерой №4, однако Черняков А.Г. от ознакомления отказывался, о чём составлялись соответствующие рапорты и объяснения. Сотрудники конвоя пояснили, что надевали наручники на Чернякова по указанию следователя Ваганова А.А.

Чернякова А.Г. доставляют в суд ежедневно, поднимают в 5.30 утра, возвращают в СИЗО примерно в 23.00- 00.00, в связи с чем Черняков 5 дней подряд оказывается лишен горячей пищи. Кроме того, в связи с тем, что в выходные дни врачей – специалистов медчасти СИЗО нет, помывка осуществляется в будние дни, Черняков оказывается лишен помывки, прогулки, доступа к медицинской помощи, свиданий с родственниками и адвокатами.

Согласно ответу от 10.01.12 (год, по – видимому, указан ошибочно), «сотрудники конвойной службы действовали в соответствие с ФЗ № 103 «О содержании под стражей подсудимых и обвиняемых» и нарушений в их действиях в отношении Чернякова А.Г. не выявлено».

1) В Российской Федерации отсутствует упомянутый Вами закон, а действует Федеральный закон от 15 июля 1995 г. N 103-ФЗ “О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений”, в разработке которого мне посчастливилось принять участие в качестве члена рабочей группы под руководством депутата Н.В. Кривельской.

2) В соответствие с п. 2 ч. 2 ст. 45 103-ФЗ в качестве специальных средств могут применяться наручники – в случаях, предусмотренных пунктами 3, 5 – 7 части первой настоящей статьи, а при отсутствии наручников сотрудники мест содержания под стражей вправе использовать подручные средства связывания.

В соответствие с п. 3 спец средства применяются для пресечения неправомерных действий подозреваемого или обвиняемого, оказывающего неповиновение законным требованиям сотрудников мест содержания под стражей или иных сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, а также сотрудников органов внутренних дел, привлекающихся для обеспечения правопорядка.

В соответствие с п. п. 5-7, спец средства применяются: 5) для пресечения попытки побега подозреваемого или обвиняемого из места содержания под стражей или из-под конвоя; 6) для пресечения попытки подозреваемого или обвиняемого причинить вред окружающим; 7) для пресечения попытки подозреваемого или обвиняемого причинить вред себе.

Таким образом, действующее законодательство категорически запрещает пристегивать подозреваемого или обвиняемого наручниками к стулу или иному объекту в время ознакомления с материалами дела

Указанное нарушение будет рассматриваться Общественной наблюдательной комиссией, как форма жестокого обращения с информированием об этом ЕСПЧ.

Конвойный скандал: почему стала возможна перестрелка в суде

Обвиняемых по делу так называемой банды ГТА, которые во вторник напали на конвой в лифте Мособлсуда и были расстреляны спецназом, должны были сопровождать при доставке в суд не менее десяти полицейских. Это следует из ведомственной инструкции МВД для служебного пользования, которую изучил РБК. Регламент не предусматривает перевозку подсудимых в лифте; также они должны были перемещаться по суду раздельно, уточнили опрошенные РБК юристы.

Подсудимых доставили на процесс всего двое конвоиров, одна из которых — женщина, сообщали ранее в Следственном комитете. Ведомство уточнило, что «даст правовую оценку» действиям правоохранительных органов, которые организовали конвоирование. Соблюдение закона при доставке преступников в суд проверят также прокуратура и подмосковное управление МВД.

Обвиняемые по делу «банды ГТА» в 2014 году совершали нападения на автомобилистов на трассе М4 «Дон» в Московской области, предполагает следствие: они устраивали засады автовладельцам, выкладывая на дорогу шипы и другие острые предметы, а затем расстреливали людей в остановившихся машинах. Название «банда ГТА» закрепилось за группировкой в прессе по аналогии с одноименной компьютерной игрой Grand Theft Auto (GTA), по сценарию которой персонаж грабил и убивал водителей. Всего было совершено 16 нападений, в ходе которых погибли 17 человек. У преступников были корыстные цели, заявлял тогда официальный представитель СКР Владимир Маркин.

В ноябре 2014 года были задержаны девять предполагаемых членов банды, руководитель группировки Ибайдулло Субханов был застрелен в ходе спецоперации. Злоумышленников обнаружили на загородном участке руководителя управления делами Генпрокуратуры Алексея Староверова; тот позднее дал следствию свидетельские показания о том, что сдавал Субханову в аренду хозяйственную постройку.

Четыре версии перестрелки

Первое сообщение об инциденте появилось на сайте газеты «Московский комсомолец» около 14 часов дня. Издание сообщало, что стрельба произошла около 13:30 на четвертом этаже Мособлсуда на заседании по делу «банды ГТА»; всех слушателей и сотрудников эвакуировали из здания. Адвокат Софья Рубасская рассказала, что слышала не менее двадцати выстрелов, а источник РБК уточнял, что трое из пяти преступников, напавших на конвой, убиты, остальные двое — ранены и обезоружены. Стрельба началась, когда они «попытались отобрать оружие» у конвоиров, уточнял источник.

Вскоре информацию подтвердили Следственный комитет, Росгвардия, управление МВД по Подмосковью и Мособлсуд, причем детали произошедшего в официальных сообщениях разнились. «Примерно в 13 часов 50 минут двое конвоиров в лифте сопровождали пятерых подсудимых — участников так называемой банды ГТА, обвиняемых в бандитизме, 17 убийствах и других преступлениях. Один из подсудимых совершил нападение на конвойного и начал его душить. В результате подсудимые смогли освободиться и завладеть оружием конвоиров, один из которых успел вызвать подкрепление — сотрудников Росгвардии», — говорилось в сообщении СКР. Когда лифт прибыл на третий этаж, где злоумышленников ждал спецназ, завязалась перестрелка. Трое подсудимых были убиты, еще двое — госпитализированы с тяжелыми ранениями, один из сотрудников Росгвардии ранен; конвоиры также «​получили множественные телесные повреждения». Одним из конвоиров была женщина; ее перед госпитализацией допросили, рассказали в СКР.

Лифт с подсудимыми и конвоем стоял между этажами примерно десять минут, рассказывал РБК председатель коллегии адвокатов «Новый Арбат» Сергей Пешков, который в этот момент находился в суде. По его словам, об этом он услышал от двоих сотрудников суда; вскоре прозвучали выстрелы, и в суде была объявлена эвакуация.

В Росгвардии отчитались, что спецназ «предотвратил побег из суда вооруженных преступников». По данным ведомства, бандиты «напали на сопровождавших их полицейских, завладели табельным оружием и пытались скрыться». Кроме оружия преступники завладели еще и ключами от наручников, утверждала официальный представитель подмосковного ГУ МВД Татьяна Петрова. ОМОН не прибыл к месту инцидента по вызову конвоя, а уже находился в здании суда; злоумышленники первыми открыли огонь по силовикам; при этом спецназ действовал правомерно, уточняли в Росгвардии.

Вечером Мособлсуд изложил еще одну версию произошедшего: по ней нападавшим удалось взять конвоиров в заложники. Около 13:00 кончилось очередное заседание, и пятерых подсудимых отвели в лифт для сопровождения в конвойное помещение. Там преступники «совершили нападение на конвойных — двоих сотрудников полиции, завладели их табельным оружием, взяли в заложники и вывели в зал судебного заседания, расположенный на третьем этаже», — говорится в сообщении инстанции.

Уже в зале полицейские и омоновцы преградили преступникам путь и открыли по ним огонь на поражение. Всего на скамье подсудимых по делу «банды ГТА» было девять человек; остальные четверо не принимали участия в нападении, поскольку продолжали находиться в боксе в зале заседаний, уточнялось в сообщении. Мособлсуд также назвал имена участников нападения: погибли Абдумуким Мамадчонов, Мирзомавлон Мирзошарипов и Холик Субханов; ранены и обезврежены — Умар Хасанов и Зафарджон Гулямов. Один из убитых был родным братом убитого при задержании в 2014 году основателя «банды ГТА» Ибайдулло Субханова.

Инструкция по конвоированию

Каждого из подсудимых должны были сопровождать не менее двух конвоиров; заводить в зал или конвойное помещение их должны были по одному. Из-за тяжелейшего обвинения и резонанса вокруг дела полиция была обязана обеспечить в суде особый режим охраны: среди посетителей суда должны были быть сотрудники в штатском. Это следует из приказа МВД № 140 от 7 марта 2006 года. Приказ утверждает наставления по служебной деятельности изоляторов временного содержания МВД, а также подразделений охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых. РБК изучил документ, имеющий гриф «для служебного пользования».

Конвой может быть обыкновенным и усиленным. В общем случае на двоих конвоируемых может приходиться двое конвоиров, на троих-шестерых — трое, а на семерых-десятерых — семеро. Если конвой усиленный (при угрозе побега или применения насилия, а также этапировании на воздушном или водном судне), то на одного арестованного полагается три конвоира, а на девятерых — 12. Однако при доставке в суд эти расчеты не действуют: «Для охраны одного подозреваемого или обвиняемого, в том числе в зале судебного заседания, выделяется не менее двух конвоиров, один из которых назначается старшим конвоя», — говорится в приказе.

В отдельных случаях, «когда рассматриваются дела о тяжких или особо тяжких преступлениях, а также о преступлениях, совершенных организованной группой или преступным сообществом, имеющих большой общественный резонанс», конвойное подразделение должно перейти на усиленный режим несения службы. Он подразумевает в том числе размещение сотрудников МВД в штатской одежде среди слушателей процесса, говорится в документе. План охраны здания суда в таких случаях утверждается на уровне начальника органа внутренних дел по региону.

«Подозреваемые и обвиняемые по одному в наручниках конвоируются под охраной начальника (старшего) конвоя», — говорится в документе. На всем пути передвижения охраняемых выставляются конвойные посты. Перед доставкой в суд конвоируемых предупреждают о возможности применения огнестрельного оружия при попытке побега.

Читать еще:  Могут ли завести уголовное дело за неуплату в МФК?

«Грубая ошибка конвоя»

Подсудимых нужно было выводить из конвойного автомобиля по одному, в суд каждого должны были сопровождать двое сотрудников МВД, подтвердил РБК руководитель профсоюза работников полиции Москвы Михаил Пашкин. «В машине должны были находиться минимум четверо сотрудников конвойного полка. Один — водитель, он все время остается на месте. Второй стоит возле двери машины. Еще двое выводят подсудимого и сопровождают его в суд, причем не на лифте, а по лестнице. Затем возвращаются за следующим. И так пять раз. Если людей не хватает, конвойные могут обратиться за помощью к ОМОНу или к приставам», — рассказал глава профсоюза. По его словам, инцидент в Мособлсуде — результат «грубой ошибки конвоя и, естественно, руководства, которое его не проинструктировало».

То, что пятерых членов банды сопровождали всего двое конвойных — «нонсенс», сказал РБК адвокат Шамсуддин Цакаев, который представлял интересы Заура Дадаева, признанного виновным в убийстве политика Бориса Немцова. «В нашем случае, как все видели, охрана при конвоировании была усиленная и со стороны подразделения по конвоированию, и со стороны судебных приставов. Хотя наши подзащитные вели себя абсолютно адекватно. Перед тем как вывести их из машины, весь путь их следования зачищался от других людей. Находиться одновременно в одном помещении, кроме судебного бокса, они не могли», — напомнил адвокат Дадаева. «Было много совершенно невинных дел — по Болотной площади или по нацболам — когда судили студентов, очевидно безвредных людей. Даже в таких случаях всегда количество конвойных превышало количество подсудимых. Иногда — в разы. Но чтобы наоборот — я в своей практике с таким не сталкивался», — отметил в беседе с РБК адвокат Дмитрий Аграновский.

К нарушениям правил конвоирования приводит слишком большое количество подследственных и подсудимых, взятых под стражу. Последствием огромного количества судебных решений об аресте становится «невозможность соблюдения как прав человека, так и нормативов безопасности», указал РБК член московской Общественной наблюдательной комиссии (ОНК) в местах лишения свободы Иван Мельников.

Инцидент стал возможен в том числе из-за «недооценки опасности» преступной группировки, которая, по сути, являлась «террористической», подчеркнул в беседе с РБК адвокат, полковник милиции в отставке Евгений Черноусов. Случившееся, по его словам, — следствие «провала оперативной работы», которую должны были проводить с арестованными сотрудники Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН): такое нападение не могло произойти спонтанно, следовательно, оперативники должны были заблаговременно получить о нем информацию, считает полковник в отставке.

Возможные последствия

СКР возбудил по факту произошедшего уголовное дело о посягательстве на жизнь сотрудника правоохранительного органа (ст. 317 УК), хищении оружия (ст. 226 УК) и покушении на побег из-под стражи (ст. 30, ст. 313 УК). Дело передано в производство тому же следователю, который занимался делом «банды ГТА», уточнила официальный представитель ведомства Светлана Петренко.

Следствие «даст правовую оценку действиям сотрудников правоохранительных органов и иных структур, которые организовывали конвоирование подсудимых, осуществляли охрану здания суда и отвечали за обеспечение безопасности в целом. Также следователи проверят, насколько точно и правильно соблюдались инструкции по конвоированию арестованных», — подчеркивалось в сообщении СКР. Подмосковное ГУ МВД также инициировало по факту произошедшего служебную проверку; о намерении проверить соблюдение закона при конвоировании заявили в прокуратуре Московской области.

Ответственным за распределение конвоиров и нарушение регламента может грозить наказание по ст. 293 УК РФ (халатность), объяснил РБК ​адвокат Евгений Ступин, бывший заместитель главного судебного пристава Московской области. РБК ожидает ответа от МВД России, будет ли проведена проверка по факту нарушения инструкции конвоирования.

Инцидент может повлиять на положение руководства МВД, только если у руководства страны уже есть намерение «устроить в ведомстве какие-то перемены»; в этом случае происшествие в Мособлсуде может быть дополнительным раздражителем, полагает вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин. Общественное же мнение «вполне будет удовлетворено тем, что со стороны правоохранителей нет убитых​ и преступникам не удалось захватить заложников, остальное мало волнует людей», считает политолог.

“Медиазона”: конвоиры избивают подсудимых в конвойных помещениях Мосгорсуда

В Московском городском суде в конвойном помещении для ознакомления с материалами дел, которое находится в подвале, происходят многократные избиения подсудимых. По словам правозащитников и самих арестантов, именно конвоиры, которые являются сотрудниками МВД, применяют пытки к фигурантам уголовных дел, пишет “Медиазона”.

Как стало известно изданию, в апреле представитель Общественной наблюдательной комиссии (ОНК) в Москве, юрист “Комитета по предотвращению пыток” Дмитрий Пискунов получил анонимное сообщение с фотографией молодого человека, пристегнутого наручниками к вмонтированному в стену металлическому кольцу.

Автор сообщения утверждал, что снимок был сделан в Мосгорсуде, а запечатлен на нем фигурант дела о разбое, гражданин Узбекистана Камрон Усмонов. Подсудимый несколько раз жаловался на конвоиров судье и в прокуратуру. “Я писала заявления от его имени, но безрезультатно”, – сообщила адвокат мужчины Фируза Камолова.

“Потом одна из жалоб дошла до конвоя. 17 марта к нему подошел руководитель конвойного отряда и сказал: “Ты или отзывай жалобу, или мы тебя уроем”. И немного приложились по нему. После вскрытия вен его начали держать пристегнутым к стене по 8-9 часов. Там же находился еще один человек из “Бутырки”, пристегнутый в аналогичном положении”, – рассказал Пискунов.

Людмила Фадеева, которая в настоящее время находится в СИЗО-6, еще в конце прошлого года рассказывала “Комитету по предотвращению пыток” о том, как ее избивали 19 августа 2015 года в здании Мосгорсуда. По ее словам, это происходило в подвальном помещении, предназначенном для ознакомления с материалами уголовных дел.

“Мои руки соединили за спиной и зафиксировали наручниками, а одну руку при помощи еще одних наручников закрепили к вмонтированному в стену металлическому кольцу. Я была прикована к стене и не могла ни двигаться, ни присесть. У меня начали затекать руки и ноги. Я стала возмущаться, сообщила, что являюсь инвалидом второй группы. В этот момент мне стало плохо – я почувствовала приближение приступа гипертонии. Я начала падать на пол, но из-за того, что была прикована к стене, находилась в полувисячем положении с вывернутыми назад руками”, – рассказала правозащитникам женщина.

Она добавила, что ее избивали четыре женщины-конвоира, при этом мужчины находились в комнате. “Поправить свою одежду я не имела возможности, и все заходящие мужчины из числа конвоя видели, что я мокрая и фактически голая по пояс. Я испытывала сильные душевные и моральные страдания”, – пояснила Фадеева и отметила, что перед тем, как отвести ее в зал суда, сотрудницы конвоя угрожали ей физической расправой, если та сообщит суду о пытках.

Мосгорсуд назвал публикацию “Медиазоны” провокацией

Представители Мосгорсуда уже отреагировали на публикацию издания. На официальной странице суда в Facebook был размещен комментарий пресс-секретаря Ульяны Солоповой. По ее словам суждения автора о наличии в Мосгорсуде “орудий пыток” являются не соответствующими действительности и “имеют провокационный характер”.

“Размещенная в публикации фотография носит постановочный характер и не отображает действительности; помещение, изображенное на фотографии, в Московском городском суде отсутствует”, – подчеркнула она.

При этом Солопова признала, что в Мосгорсуде в комнате для ознакомления с материалами дела “в действительности… на уровне письменных столов вмонтированы 2 кольца”. По ее словам, эти установленные кольца “предназначены для ограничения свободы действий лиц, содержащихся под стражей, исключительно для обеспечения безопасности сотрудников суда, в присутствии которых происходит ознакомление с материалами дела”.

Пытки в конвойных помещениях суда являются “спецификой” Москвы

Еще в феврале “Новая газета” опубликовала материал на эту темы, в котором со ссылкой на многочисленных собеседников, сообщила о том, что пытки в конвойных помещениях непосредственно в здании суда являются “спецификой” именно Москвы. При этом особой жестокостью в столице славится именно конвой Мосгорсуда.

“Мосгорсуд имеет обширные подземные коммуникации, и во всех этих катакомбах практически везде установлены камеры для безопасности сотрудников, но есть специальные комнаты, где камер нет. Самый опасный момент для зэка в Мосгорсуде – это приезд в суд и личный досмотр. Особенно несколько первых заседаний, когда полицейские пытаются произвести на новенького постояльца сильное впечатление”, – рассказывал фигурант “болотного дела” Алексей Полихович.

Отметим, что конвой в суде не имеет отношения к ФСИН и судебным приставам. Доставку людей из СИЗО в суды в Москве осуществляет специальный конвойный полк ГУ МВД по Москве. Кроме обычных конвойных в судах работает и так называемая группа немедленного реагирования (ГНР), спецназ конвойного полка МВД.

“Это своеобразный карательный отряд конвойного полка, который разъезжает по московским судам и проводит акции устрашения и подавления”, – рассказал изданию националист Даниил Константинов, который тоже сталкивался с насилием в конвойных помещениях московских судов.

По словам ведущего аналитика УФСИН России по Москве Анны Каретниковой, если сравнить количество обращений в ОНК, “то уровень насилия и число случаев его применения многократно выше в конвойных помещениях судов, чем в следственных изоляторах”.

“В СИЗО на применение физической силы жалуются не больше нескольких раз в год, а жалоб на избиения и оскорбления в конвойных помещениях можно получить несколько за одно посещение любого СИЗО. Заключенные демонстрируют свежие телесные повреждения, акты о них, составленные по возвращении в изолятор”, – заявила Каретникова.

Руководитель международной правозащитной группы “Агора” Павел Чиков, в свою очередь, признал, что надеяться на наказание для конвоиров, которые избивают и пытают подсудимых в здании суда, практически не стоит.

“В Москве вообще практически не возбуждаются уголовные дела против полицейских. Это редчайшие случаи. “Агоре” не удавалось добиться этого, даже если было все что нужно – фото, видео, имена фигурантов. Это четкий и принципиальный блок. Поэтому конвоиры не только знают, что им ничего не будет, но и что это поощряемое поведение, видимо, со стороны высшей судебной власти”, – резюмировал он.

Конвойное помещение в судах

Комната ознакомления с материалами дела в Мосгорсуде. Фото из рапорта командира 4-й роты второго батальона полка охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых ГУМВД по Москве А. Печерникова

Год назад «Комитет против пыток» опубликовал свидетельства об оборудованных в здании Мосгорсуда помещениях с закрепленными на стенах металлическими кольцами. Арестанты говорили, что к этим кольцам людей пристегивают наручниками, избивают и оставляют их обездвиженными на целый день; в Мосгорсуде отрицали, что кольца используются для пыток. «Медиазона» рассказывает, что нового узнали правозащитники о конвойных помещениях и как проверяли заявления о пытках в здании Мосгорсуда.

Читать еще:  Льготный выход на пенсию

Прошлым летом «Медиазона» писала о конвойных помещениях Мосгорсуда, где, по рассказам арестантов, их пристегивали наручниками к вмонтированным в стену кольцам, избивали и, обездвижив, оставляли в таком положении на несколько часов.

Об этом правозащитникам из «Комитета против пыток» рассказывали, в частности, гражданин Узбекистана Камрон Усмонов, обвиняемый в разбое, и 60-летняя москвичка Людмила Фадеева, обвиняемая по делу о мошенничестве с недвижимостью.

В апреле 2017-го юрист КПП и член Общественной наблюдательной комиссии Дмитрий Пискунов получил анонимное сообщение с фотографией Усмонова, пристегнутого к кольцу. Автор письма утверждал, что конвоиры приковывают Усмонова к стене и оставляют в таком положении на несколько часов — так они наказывают арестанта за то, что он пожаловался на избиения.

Позже сам Усмонов рассказал Пискунову, что пристегивать к кольцу его начали после того, как он вскрыл вены в зале суда — когда арестант в очередной раз заявил о насилии со стороны конвоя, судья лишь пожал плечами и посоветовал ему обратиться в прокуратуру. В ответ Усмонов достал спрятанное лезвие и порезал себя.

«Его начали держать пристегнутым к стене по восемь-девять часов. Там же находился еще один человек из “Бутырки”, пристегнутый в аналогичном положении, но имени его Камрон не знает», — рассказывал Пискунов.

Еще один арестант, Денис Карелин, сообщил юристу, что осенью 2016 года в Мосгорсуде конвоиры избили его, а затем на полтора часа пристегнули к кольцу в кабинете № 144. В СИЗО у него диагностировали ушиб грудной клетки и ссадины на лице.

Националист Даниил Константинов, осужденный по делу о хулиганстве в 2014 году, говорил, что видел в конвойном помещении Мосгорсуда голого человека, пристегнутого к стене, но не смог вспомнить, к чему крепились наручники.

«Основное предназначение этих колец, как я понял, заключается не в том, чтобы подследственные знакомились с делами. Основным является то, что их на несколько часов оставляют почти в позе немного облегченного “палестинского подвешивания” — в случае, если конвоирам по каким-то причинам не понравился человек. Вообще, почти все рассказывают, что конвоиры в Мосгорсуде взрываются по любому поводу», — отмечал тогда юрист «Комитета против пыток».

60-летняя Фадеева рассказала ему, что в августе 2015-го в Мосгорсуде ее привели в кабинет для ознакомления с материалами дела, хотя она не просила об этом.

«В данном помещении имелось 2 (два) стола. Возле каждого стола в стену вмонтировано металлическое кольцо для фиксации содержащегося под стражей наручниками к стене. В данном помещении отсутствуют камеры видеонаблюдения, — описывала кабинет Фадеева. — Мои руки наручниками соединили за спиной и одну руку прикрепили к вмонтированному металлическому кольцу. Практически я была прикована к стене и не имела возможности присесть. Моей фиксацией занимались четыре конвойные женщины в форме».

После того как руки и ноги Фадеевой начали затекать, пожилая женщина с возмущением сказала, что она инвалид второй группы, но тут ей стало плохо, и она упала на пол. «Из-за того, что была прикована к стене, [я] находилась в полувисячем положении с вывернутыми назад руками», — рассказывала она. Когда Фадеева очнулась, сотрудницы конвойной службы поливали ее водой и пинали, чтобы привести в чувство, говорила пострадавшая правозащитникам. Она стала кричать и звать на помощь. По словам Фадеевой, издевательства продолжались около двух часов.

Год назад в ГУ МВД по Москве отказались комментировать сообщения о пытках в конвойном помещении, хотя в Мосгорсуде отмечали, что охраной арестантов «во время процессуальных действий и, соответственно, во время ознакомления с материалами уголовных дел» занимается полиция, а судьи и сотрудники аппарата суда эти помещения не используют.

После публикации «Медиазоны» на сайте Мосгорсуда появилось сообщение, в котором говорилось, что фотография Усмонова «носит постановочный характер» и запечатленного на ней помещения в суде вообще нет.

В то же время в релизе говорилось, что в Мосгорсуде есть комната для ознакомления с материалами дела, оборудованная двумя столами, парой стульев и двумя кольцами, вмонтированными в стену на уровне столов, а также видеокамерой.

«Кольца предназначены для ограничения свободы действий лиц, содержащихся под стражей, исключительно для обеспечения безопасности сотрудников аппарата суда, в присутствии которых происходит ознакомление с материалами дела», — заверяла пресс-служба, несмотря на то, что ранее «Медиазоне» сообщили: сотрудники суда эти помещения вообще не используют.

Рапорт

Неделю назад юрист «Комитета против пыток» Дмитрий Пискунов смог ознакомиться с рапортом из материалов служебной проверки, которую в ГУ МВД по Москве в связи с заявлением Людмилы Фадеевой проводили параллельно с доследственной проверкой Следственного комитета. Документы проверки в полицейском главке юристу не показывали, ссылаясь на служебную тайну, поэтому Пискунов добивался их приобщения к материалам проверки СК, с которыми следователь обязана его ознакомить.

«Этот документ я обнаружил, когда знакомился с материалами [доследственной] проверки по Фадеевой. Оказалось, что следователь каким-то образом заполнила материалы проверки вот этим вот ответом из ГУВД, но она не помнит, как она его получила, когда и в ответ на какой запрос, — отметил Пискунов. — Мы очень долго добивались, чтобы они, наконец, приобщили материалы служебной проверки, и вот сейчас мы ознакомились».

В материалах проверки обнаружился датированный декабрем 2015 года рапорт командира 4-й роты второго батальона полка охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых ГУ МВД по Москве А. Печерникова на имя командира полка Леонида Спасского, в котором упомянуты комнаты с кольцами.

«Докладываю Вам о том, что в конвойном помещении Московского городского суда имеется комната для производства обысковых мероприятий № 144, оборудованная двумя вмонтированными кольцами в стене, которые служат для ограничения передвижения подозреваемых и обвиняемых», — сказано в рапорте.

К рапорту прилагаются фотографии этого кабинета, на двери можно рассмотреть табличку «Комната ознакомления с материалами дела». На фотографиях рядом с кольцами стоят столы и стулья. При этом камеры видеонаблюдения не упоминаются в рапорте и не видны на снимках. Арестанты, попадавшие в этот кабинет, рассказывали Пискунову, что там нет камер, хотя в Мосгорсуде утверждали обратное.

Кроме того, Камрон Усмонов говорил правозащитнику, что стол и стул в этой комнате ему предложили лишь раз — когда в конвойных помещениях шла проверка, ему велели сесть и делать вид, что он собирается знакомиться с материалами дела.

«Для меня это было очень большим удивлением, что такой рапорт с фотографиями существует. Я думал, что и в этот раз его не будет», — говорит Пискунов, отмечая, что еще в конце весны, когда он знакомился с материалами, этого документа среди них не было.

Как замечает юрист, свод правил «Здания судов общей юрисдикции. Правила проектирования» не предполагает наличия колец в помещении для ознакомления с делом, зато требует, чтобы в нем велось видеонаблюдение.

Согласно пункту 8.14 свода правил, «помещение для общения с адвокатом и ознакомления с делом оборудуется местами для размещения подсудимого, содержащегося под стражей, и двух конвоиров, оснащается камерой видеонаблюдения (для передачи изображения начальнику конвоя), кнопками тревожной сигнализации. Лицо, содержащееся под стражей, отделяется от конвоя решеткой с дверью, аналогичной защитному ограждению в залах судебных заседаний».

«Эти кольца, которые вмонтированы в комнате для ознакомления, не предусмотрены ни одним приказом МВД, касающимся конвоирования подсудимых (в том числе для служебного пользования). В приказах Судебного департамента тоже нет никаких упоминаний колец», — говорит Пискунов.

«Ни о каких кольцах нигде не идет речь, так что я категорически не согласен с позицией ГУВД, что такие кольца можно применять при ознакомлении. Привести комнату в соответствии со СНИПом (строительными нормами и правилами — МЗ), на мой взгляд, необходимо, — подчеркивает юрист КПП. — Речь идет прежде всего об уважении человеческого достоинства. Человека сажают на цепь, как животное, и тот лишь одной рукой может с горем пополам знакомиться с делом, делать какие-то записи».

Девять отказных

На сегодняшний день Следственный комитет вынес девять постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела по заявлению Фадеевой. Последний раз следователь Алена Гришина такое постановление вынесла 19 марта.

«Учитывая инкриминируемое Фадеевой Л.Ю. преступление, указанное поведение позволяет сделать достоверный вывод о том, что ее доводы о неправомерных действиях сотрудников правоохранительных органов являются избранной линией защиты», — заключала Гришина. А 19 июля ее руководитель вновь отменил решение об отказе в возбуждении дела.

При этом с ноября 2015-го следователи не опросили саму заявительницу, которая до сих пор находится в СИЗО-6. Пискунов связывает это с нехваткой кадров в Преображенском отделе СК.

В СИЗО после инцидента в Мосгорсуде у Фадеевой зафиксировали гематомы на руках. Согласно судмедэкспертизе, эти повреждения могли появиться от «ударных или сдавливающих воздействий тупых твердых предметов». Сопоставив медицинские данные и показания Фадеевой, специалисты, проводившие исследование по запросу «Комитета против пыток», пришли к выводу, что гематомы могли появиться от ударов ногами.

«Комитет против пыток» продолжает добиваться уголовного преследования причастных к избиению Фадеевой. По информации юриста КПП, жалобы Камрона Усмонова так и не привели к возбуждению уголовного дела в отношении конвоиров. При этом Пискунов отмечает, что после прошлогодней публикации «Медиазоны» жалоб на насилие со стороны конвоиров в Мосгорсуде стало меньше.

«Только одно было обращение об избиении, но без колец. К нам обратился [обвиняемый в попытке ограбления ломбарда волгоградский] правозащитник [Игорь] Нагавкин. Он рассказал, что его конвоиры побили в декабре в Мосгорсуде. И это было единственное обращение за этот год», — говорит правозащитник.

Посещая СИЗО в составе общественной наблюдательной комиссии, Пискунов расспрашивает арестантов о том, как обращается с ними конвой в Мосгорсуде. «Они отвечают, что отношение к ним изменилось, каких-то конфликтов с применением физической силы [не было], даже про оскорбления говорят, что по-человечески стали к ним относиться. То есть пока наблюдается какой-то сдвиг в лучшую сторону», — подводит итоги юрист.

Тем не менее члены ОНК по-прежнему не могут попасть в конвойные помещения Мосгорсуда, чтобы осмотреть их. Пискунов рассказал, что в прошлом году наблюдатели договорились с ГУ МВД Москвы о посещении в ноябре, но затем визит перенесли на декабрь. «После этого уже [председатель Мосгорсуда Ольга] Егорова в последний момент решила, что не хочет видеть членов ОНК в конвойном помещении и отозвала свое согласие по этому поводу», — говорит он. По словам Пискунова, теперь в печально знаменитый кабинет для ознакомления с делами перестали пускать и адвокатов.

Раз в неделю наши авторы делятся своими впечатлениями от главных событий и текстов

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector